Укрощенное сердце [= Чья любовь сильнее ] - Маргарет Уэй

Корина слегка покраснела. Она знала, что на Дальнем Рубеже люди встают с птицами. Очень вежливо она поблагодарила хозяйку.

— Не стоило вам беспокоиться, миссис Расселл. Я собиралась сегодня пропустить завтрак.

Хозяйка дома улыбнулась.

— Этого никогда не стоит делать, моя дорогая.

Кроме того, я люблю делать такие маленькие сюрпризы, а с моими здоровыми мужчинами мне это никак не удается. — Ее улыбчивый взгляд перебегал с одного молодого цветущего личика на другое. — Иногда я очень жалею, что у меня не было дочерей.

Ли задорно улыбнулась ей.

— Не беспокойтесь, миссис Расселл. У вас еще будет столько невесток, что и не справиться.

— Если они будут похожи на тебя, дорогая, я готова, — мгновенно отозвалась Клэр Расселл.

Ли наклонилась и поцеловала ее в щеку.

— Может быть, я поймаю вас на слове. — Они заговорщически улыбнулись друг другу.

Корина медленно пила кофе. Он был как раз такой, как она любила: крепкий и горячий. Женщины, как подружки, стали обсуждать людей и события прошедшего вечера.

Если у Корины и появились мысли задержаться в Расселл Даун, то Кайал Баллантайн быстро положил им конец. Ненавязчиво и мягко он ясно дал всем понять за ленчем, что Корину ждет в Бал Бала работа и немедленно.

Никому даже в голову не пришло спорить, тем более Корине. На лице Люка, когда он узнал эту новость, отразилось такое глубокое разочарование, что его даже стало жалко.

К большому удивлению девушки, Джилл, встав на цыпочки, демонстративно поцеловала Кайала в щеку. Она злорадно взглянула на Корину, но тон прощанья был мягкий и ласковый. Корина пожала руки Расселлам, тепло и искренне их поблагодарила и попрощалась с Люком особой улыбкой.

Ли взяла подругу под руку и проводила до самолета.

Не переживай, милая. Этот праздник не последний, — утешала она. — Никогда не думала, что Канал может быть таким непреклонным. Хотя, наверное, мама обрадуется твоему приезду. А я чувствую, что мне нужно еще несколько дней, чтобы закрепить произведенное впечатление, сама знаешь, на кого.

Корина громко рассмеялась. В этот момент к ним подошел Кайал. Он обнял Ли и прижался щекой к ее кудряшкам.

— Возвращайся в джип, сестренка, нам пора лететь. Следи за фигурой и веди себя, как подобает истинным Баллантайнам, — последняя фраза была произнесена с насмешкой.

Ли с любовью улыбнулась им обоим.

— Счастливого пути!

Она пошла обратно к джипу, а Кайал помог Корине забраться в самолет. Повернувшись, он помахал рукой кучке провожающих и тоже залез в кабину. Корина выглянула в окно. Девушка улыбалась и махала оставшимся, пока не заработал мотор. Тогда она повернулась и стала смотреть, как Кайал вывел самолет на взлетную дорожку, готовясь к полету. Мышцы ее живота сжались в комок от боязни высоты. Никогда теперь ей не преодолеть несчастных мыслей, связанных с полетами, горестно подумала она.

— Не бойся, — услышала она отрывистый голос Кайала. — Я знаю, как управляться с этой игрушкой.

Она передернула плечами и отвернулась.

— Как ты думаешь, можем мы стать друзьями? — спросил он.

Она повернулась к нему.

— Я не хотела бы иметь друзей, у которых настроение меняется пять раз в день.

— Неужели мы должны быть врагами?

— Ну уж и врагами!

— Я тебе говорил, что ты мне нравишься? — спросил Кайал, не поворачивая головы и глядя вперед.

— Неужели? Тогда, может быть, нам стоит прекратить нашу вечную перебранку, по крайней мере, пока мы в самолете? — предложила Корина.

— А мы разве ругаемся? Конечно, если бы я таращился на тебя с таким обожанием, как этот парень на вечере…

Она удивленно посмотрела на него.

— Ты имеешь в виду Люка?

— А что, были и другие? — Он великолепно воспроизвел слегка растянутую речь Люка Расселла.

Корина резко выпрямилась.

— Ты не очень-то добрый человек. Он усмехнулся.

— А почему ты решила, что я обязательно должен быть добрым? Ну вот, мы опять цапаемся. Лучше закрой глаза и подреми, а то какая-то бледненькая. Я не буду мешать тебе разговорами.

— Ну, что ж. Я, пожалуй, последую твоему совету. — И она послушно подчинилась его приказу. Корина понимала, что с Каналом Баллантайном это была единственно возможная линия поведения.

Конни очень обрадовалась их возвращению. Верная своему обещанию как следует поработать, она приготовила для Корины груды страниц для перепечатки. Корина с головой ушла в подготовку рукописи и трудилась каждый день до темноты. Вечерами она отдыхала. Состояние влюбленности заставляло ее беспричинно смеяться, глаза сиять и двигаться с мягкой грацией.

Те несколько вечеров, когда Ли и Джилл отсутствовали, Кайал проводил с Кориной и Конни, развлекая их разными разговорами, вычитанными из книг. Женщины наслаждались его обществом, и вечера проходили мирно и уютно.

Иногда они пили кофе на прохладной веранде, наблюдая за работой туземцев и прислушиваясь к их речи. Слова у них были очень мелодичны, разговаривали и смеялись они высокими сильными голосами. Странный неровный ритм их речей сильно отличался от мягкого нечеткого произношения, когда они говорили по-английски. Костры из сухого кустарника освещали загадочную лиловую ночь и запомнились Корине как символ жизни древних людей. Она полюбила песни аборигенов. Строго в унисон множество голосов пели короткую песню, потом повторяли ее снова и снова, то тише, то громче. Песни эти были примитивны по рисунку мелодии, но несли такой эмоциональный заряд, что вошли в сознание Корины и она уже не представляла жизни здесь без этих песен.

Однажды Кайал показал ей пустыню — эту безводную, раскаленную плоскость, окаймленную огненно-красными песчаными холмами, которую до последнего времени не удавалось исследовать. Попытки изучить сердце пустыни окончились для великого путешественника Стерта крахом, и он отступился от этих безжизненных пустых пространств. Немецкий исследователь Лейхардт пропал в этом заколдованном месте, и до сих пор никто не знает, что с ним случилось. В пустыне пропадали скотоводы, бурильщики скважин, геологи, которые исчезали без следа. Дикая природа свято охраняла свою тайну.

Корина была хорошей слушательницей и задавала кучу вопросов. Все, что интересовало его, было для нее крайне важно.

Утром, ожидая возвращения Ли и Джилл, Корина меняла в вазах цветы. Конни, одарив ее ободряющей улыбкой, ушла работать в свой кабинет. В тот момент, когда девушка ставила в хрустальную вазу прекрасные белые розы, она увидела в окно быстро идущего к дому Кайала. Было странно видеть его в этот час. Она поставила вазу и вышла на веранду. Он шел очень быстро, прижимая руки к груди. Увидев, что вся левая сторона его рубашки разорвана и залита кровью, Корина побледнела и схватилась за столбик веранды.